Великий мир Ritz
История о великом мире Ritz
Кто может мне сказать, что и кто стоит за словом «Ритц»? Поспорю, мало, кто может. Я помогу…

Итак. Прекрасной эпохой принято называть период европейской истории между двумя войнами: франко-прусской (1870-1871) и Первой мировой (1914-1918) — небывало долгий для Европы промежуток мира. Ренессансный расцвет наук (Луи Пастер и Роберт Кох), искусств (импрессионисты), архитектуры (стиль art nouveau).

Что такое Прекрасная эпоха можно объяснять, но невозможно объяснить. Как можно долго объяснять и невозможно объяснить эпоху Возрождения. Как невозможно предсказать, будет ли найдена ныряльщиком та самая из жемчужин, которой замкнет, наконец, колье тот самый ювелир, способный удовлетворить изысканный вкус того самого требовательного и при этом не скупящегося заказчика. Считайте такой жемчужиной отель «Ритц» в Лондоне — это он замыкает в драгоценное колье всю полновесную жемчужную нитку la belle epoque.
    Каждый, переступивший порог лондонского «Ритца», последнего в коллекции отелей, которыми основатель сети Цезарь Ритц владел или управлял (открыт самим Ритцем 24 мая 1906), поймет, куда он попал: в Belle Epoque! Он испытывает ни с чем не сравнимое ощущение душевного и духовного upgrade. Словно время, повернув назад, доставляет в исчезнувшую Европу, которая еще по-детски забавляется технологиями и понятия не имеет о том, как эффективно технологии убивают. Эта Европа Прекрасной эпохи существует до сих пор — внутри лондонского «Ритца». Ее облагораживающее очарование неописуемо.

    Я не могу понять, почему лондонский «Ритц» до сих не включен в список ЮНЕСКО памятников мирового культурного наследия как чудо архитектуры. Я не знаю другого равного по силе примера заключения в четыре стены, от которого создавалось ощущение безграничности пространства.

    Long Gallery. Арочный коридор практически во всю длину здания. Отсутствие стен и дверей ведет взгляд вдаль — через ресторан в отельный итальянский сад, навылет, в Green Park. Вот он, свет в конце скоростного тоннеля невероятно насыщенной и противоречивой жизни Цезаря Ритца.
    Когда 23 февраля 1850 в деревушке Нидервальд (в ней и сегодня проживают человек тридцать) в Швейцарских Альпах в семье крестьянина и резчика по дереву Антона Ритца родился 13 ребенок, которого (на всякий случай?) назвали Цезарем, никто и подумать не мог, что младенцу суждено изменить мир, оставить после себя самые впечатляющие памятники Прекрасной эпохи — отели, сияющие именем Ritz.

    Тем не менее практически все главные герои этой невероятной истории, словно специально придуманной для Голливуда (непонятно, почему Голливуд прошел мимо!) уже были, жили или собирались родиться.

    Эдуарду (1841-1910 гг.), наследному принцу британской короны, было девять, и он уже раздражал свою маму королеву Викторию своей, как она считала, тупостью и строптивостью. Пройдут годы, и принц, посвятивший «антивикторианским» удовольствиям время своей жизни в ожидании престола, станет главным клиентом Ритца (считается, что это он назвал Цезаря Ритца королем отельеров и отельером королей). И что именно он станет невольным погубителем Ритца, подобно тому, как Пикова дама стала погубительницей Германа.

    Шестнадцатилетний швейцарец Максимилиан Альфонс Пфайффер фон Альтисхофен (1834-1890 гг.), возможно, уже решил, что будет учиться архитектуре в Мюнхенском университете, но наверняка не знал, что ему суждено построить не только Grand Hotel National в Люцерне, директором которого станет юный Ритц, а поваром — Эскофье. Эти невероятные по размаху и фантазии праздники с иллюминацией горных вершин, извержением «гейзеров» в сочетании с максимальным для того времени уровнем комфорта и вниманием к своим избалованным и требовательным клиентам и прославили Цезаря Ритца (можно сказать, сделали Ритца — Ритцем).

    Уже грыз гранит науки Луи Пастер (1822-1895 гг.), а Роберт Кох (1843-1910 гг.) пошел школу — великие гигиенисты, которым мы обязаны всем.

    А вот Шарль Меве (1860-1914 гг.) — будущий архитектор парижского и лондонского «Ритца» — еще не родился. И это хорошо. Иначе не учиться ему у великого архитектора Жана-Луи Паскаля, который стал преподавать в парижской l'École des beaux-arts с 1872 года.

    Но примерно в год его рождения родители Ритца отправили мальчика в близлежащую деревню Сион, в иезуитский колледж. Ритц плохо учился, и родители решили оставить учебу в пользу профессии. Подросток стал официантом в ресторане местной гостиницы в Бриге. Оттуда его выгнали за профнепригодность. И семнадцатилетний Ритц уехал в Париж, где в 1867 году проводилась Всемирная выставка, что обещало работу.
    Пятилетний период пребывания Ритца в Париже, включая осаду 1870 года во время франко-прусской войны, сделали из Ритца профессионала. Его приняли на работу официантом (1869-1872 гг.) в самый престижный парижский ресторан того времени — в Voisin. Там он обслуживал Теофиля Готье, братьев Гонкуров, Александра Дюма. Учился находчивости у патрона месье Белленджера. Это патрон додумался во время осады города прусскими войсками баловать гурманов мясом животных парижского зоопарка (такими блюдами, как «Хобот слона в sauce chasseur»). Именно здесь Ритц познакомился с Эдуардом, принцем Уэльским. Вернее, он прислуживал принцу, который, будучи, неординарным человеком, не стесняющим себя рамками этикета, тоже, возможно, обратил на услужливого юношу внимание.

    В 1872 году Ритц стал этажным официантом в самом роскошном парижском Hotel Splendide. В этом отеле, где останавливались самые богатые американцы, не было горячей воды, а туалеты были по два на этаж. В 1873 году Всемирная выставка проходила в Вене, куда переместился и Ритц. Там ему посчастливилось обслуживать сплошь коронованных особ, говорят, и российского императора Николая Второго.

    Ритц, в силу профессии, следовал за аристократическим обществом, представители которого проводили зиму на Ривьере (в Ницце или в Сан Ремо), а лето — в Швейцарских Альпах, в таком отеле, как Rigi-Kulm, где он был уже менеджером. Случилось так, что юные сыновья швейцарского предпринимателя из Люцерна Пфайффера фон Альтисхофена, отправленные на каникулы в горы, в отель Rigi-Kulm, стали свидетелями находчивости Ритца. Последний одним прохладным в горах весенним вечером ждал на ужин группу богатых американцев. И в самый ответственный момент отказало отопление. Ритц распорядился разогреть кирпичи и разместить их, разумеется, красиво завернув, под стульями гостей. Гости отужинали, не замерзнув и ничего не заметив.

    Сыновья фон Альтисхофена рассказали папе об этом подвиге молодого управляющего. Фон Альтисхофен как раз искал директора для своего отеля (спроектированного им самим) в Люцерне. Речь идет о великолепном Grand Hotel National. Это был самый современный отель-дворец своего времени. Первый отель в Европе с ванной и туалетом в каждом номере. Место директора досталось Цезарю Ритцу. Он стал general manager грандиозного отеля в 27 лет! И оставался им с 1877 до 1888 года. В сочетании с Эскофье, который по приглашению Цезаря возглавил кухню в 1879 году, Ритц прославился, принимая (и развлекая!) гостей ранга Ротшильдов и представителей королевских династий.

    Зимой Ритц руководил отелем в Люцерне, а летом — в Монте-Карло. Где и познакомился со своей будущей женой — Мари-Луиз Бек, родители которой были владельцами небольшого отеля. Они поженились в январе 1888 года.
      В декабре 1889-го известный театральный предприниматель Ричард Д'Ойли Карт пригласил Ритца в Лондон в качестве генерального менеджера своего нового отеля — роскошного «Савоя», который тот возглавил, передав кухню Эскофье. Так было положено начало истории, закончившейся, пожалуй, самым грандиозным скандалом в истории отельного бизнеса с увольнением не только Ритца с Эскофье в 1898 году, но и всего отельного штата. Инвесторы, обеспокоенные падением доходов «Савоя» при его невероятной популярности, создали комиссию с целью докопаться до причин такого противоречия. Выяснилось, что Ритц использовал «Савой» как площадку для продвижения собственных проектов в Риме, Монте-Карло, Сальсомаджоре — не только отелей, но и просто выгодных предприятий, например, по производству швейцарского молока. Он угощал потенциальных клиентов за счет отеля и регулярно отправлял провизию домой. А Эскофье — с молчаливого согласия Ритца — требовал от поставщиков «откатов».
          Инвесторы потребовали, чтобы команда Ритца немедленно покинула отель, чего удалось добиться с привлечением полиции. Подробности скандала открылись несколько лет назад. Их не предавали гласности, чтобы не компрометировать королевскую семью и прочих именитых гостей. Инвесторы и проворовавшиеся договорились замять скандал. В 1900 году Ритц и его метрдотель Луи Эшенард согласились выплатить по 10 000 фунтов в качестве штрафа и покрытия недостачи 1897 года в 3 400 фунтов (стоимость спиртных). К тому выяснилось, что Ритц знал об «откатах», которые практиковал Эскофье.

          Ища независимости, Ритц и банкиры-инвесторы учредили Ritz Hotel Development Company (RHDC). Целю компании стало создание отелей класса люкс в мировых столицах — как в новом свете, так и в «старой» Европе. При этом инновация заключалось в том, что каждый отель финансируется индивидуально, специально созданной группой инвесторов, которые с этой целью объединяются в управляющую компанию.
              Первым отелем RHDC стал парижский «Ритц». В финансировании этого проекта участвовал Марнье Ляпостоль, создатель ликера Grand Marnier, которым Цезарь Ритц угощал в своих отелях. В 1899 году мстительный Ритц открыл в Лондоне Carlton рядом с оперой в Ковент Гардене с целью перехватить у «Савоя» богатую публику, что удалось. Для принца Уэльского Эдуарда и его мужской свиты была устроена крытая галерея, откуда он незаметно мог наблюдать гостей и где ему никто не мешал уединяться с любовницами. Вынашивались планы по строительству лондонского «Ритца».
                  Внезапная смерть королевы Виктории в 1902 году, казалось, открыла для Ритца совершенно невероятные перспективы. Это означало, что наследному принцу Эдуарду представилась, наконец, возможность стать британским монархом Эдуардом Седьмым. Что означало для Ритца не только возможность показать себя в былом блеске, но и что-то вроде собственной коронации — получалось, что давнишнее определение «король отельеров и отельер королей», данное Эдуардом, еще принцем, из «красных словец» становилось явью.
                  Коронация была назначена на 26 июня 1902 года. Ритц в своем «Карлтоне» затевал невиданное празднество.

                  Но 24 июня пришло сообщение, что коронация переносится. По причине того, что будущему королю пришлось сделать операцию по поводу острого аппендицита. Ритц зачитал это известие присутствующим в зале. После чего упал, потеряв сознание.

                  С этого дня и до самой смерти Ритц пребывает пациентом разнообразных психиатрических лечебниц. Потеряв всякий интерес в публичной жизни, он развлекает себя лепкой под руководством студента парижской академии — в частности, лепит собачек, стараясь добиться максимального сходства с домашним фокстерьером. Единственное занятие, которое, по воспоминаниям жены, его занимало. Следующие десять лет он, практически не выходя, провел в своей парижской квартире.

                  В 1905 году Цезарь Ритц лично присутствовал на открытии лондонского «Ритца». Основанная им компания продолжала существовать. Равно как и основанная при его участии американская компания «Ритц-Карлтон», открывшая первый отель одноименной сети в 1907 году. Будапештский Ritz, управляющим директором которого некоторое время работала жена Цезаря Ритца, вступил в строй в 1913 году.
                  Сам же Ритц оставлял свои посты — один за другим: в 1905 он продал свою долю в отелях во Франкфурте и в Сальсомаджоре, ушел из Ritz Hotel Developing Company в 1908 году, из Paris Ritz Company в 1911 году. Как пишет Мари-Луиз Ритц, к 1912 году жизнь Цезаря Ритца закончилась. Он умер 26 октября 1918 года в частной психиатрической клинике в местечке Kuessnacht («поцелуй» + «ночь». — Прим. автора), что на берегу одноименного озера. Его сын Рене погиб, кажется, в автокатастрофе, за несколько месяцев до смерти отца. Мари-Луиз не удалось проститься с мужем: в охваченной войной Европе перемещение составляло огромную проблему.

                  В 1953 году Мари-Луиз передала управление парижским «Ритцем» своему сыну Чарльзу, вернувшемуся из США. Чарльз любил рыбалку, написал о рыбалке в нахлыст очень содержательную — по мнению знатоков — книгу, но ничего не понимал в отелях.

                  8 января 1961 года умерла Мари-Луиз. 14 января ее тело, вместе с эксгумированными останками мужа и сына Рене были доставлены в родную деревню Ритца Нидервальд и похоронены на местном кладбище. В 1976 году умер Чарльз. В 1979-м его жена Моник Ритц, принявшая отельную вахту, продала Hotel Ritz Paris Мохаммеду Аль-Файеду за 20 млн долларов.

                  Следуя пожеланию свекрови, она приехала в Нидервальд, чтобы зарегистрировать там Фонд Цезаря Ритца. Цель фонда — финансовая поддержка тех молодых людей из деревни и округи, которые решили учиться гостиничному хозяйству. После смерти бездетной Моник в 2011 году во главе фонда Cesar Ritz Foundation Niederwald встали непрямые родственники Ритца — Бит Маттер, Рене Дейзи, доктор Петер Ритц. Маловероятно, чтобы этому Фонду были переданы все миллионы Ритца… Слишком огромное наследство для тридцати прописанных в Нидервальде жителей.

                  Грустная история. Хочу сказать спасибо Цезарю Ритцу, который подарил нам то, на что равняются, о чем мечтают, что делает счастливым.
                  Продолжение следует…
                  Всегда ваша, Татьяна Шевченко


                  Источник: posta-magazine.ru

                  Другие публикации
                  ПОКАЗАТЬ ЕЩЕ
                  Подпишитесь на нашу рассылку
                  чтобы быть в курсе последних новостей нашей компании